Блог / Короткие стишки: выпуск #5

У меня стоит гитара
И приспособления к ней,
Но я пугаюсь громких звуков
И скопления людей.

Я запрусь в своей квартире,
Буду песни сочинять.
И своим протяжным воем
Всех соседей раздражать.

Где-то спит себе в берлоге
Тот медведь что в детстве мне
Уши оттоптал под корень
И прошёл по голове.

Что-то нету вдохновения,
Только это не беда,
Я ведь сочинять не брошу,
Песня выйдет как всегда.

Так же как Егор и Витя
Я способен сочинять —
Эти три блатных аккорда
Я умею зажимать.

Ну а текст вообще не важен —
Мы не слушаем слова,
Нужно только лишь побольше
Чуши наплести туда.

Маша в детстве боялась лягушек,
Вася стрекоз, а Матвей высоты.
Прочие дети боялись страшилок,
Ну и конечно же темноты.

Я же далёк был от тех предрассудков,
Такой ерундой меня не напугать.
Но, к сожалению, прочтя про вампиров
Я перестал и кушать, и спать.

Нету напастья страшнее чем это,
Тогда мне казалось что злой вурдалак
Выпьет всю кровь из меня и наверное
Свой страх одолеть не смогу я никак.

Годы прошли, и все страхи истлели,
Своё отбоялся как будто бы я.
Костёр из осиновых кольев на даче,
Тихо дымит под занавес дня.

Готовлю шашлык на серебряных шпажках,
Соус чесночный украсит мой пир.
Долго охотился за бедолагой,
Надеюсь получится вкусный вампир.

Вот пришла зима, андронный сдох коллайдер,
Я иду на рынок в куртке холлофайбер.
Накуплю транзисторов, катушек и диодов,
Чтобы снова радовать учёных идиотов.

Без таких как я наука не при деле,
Хоть я посторонний в этом странном деле —
Школу не закончил, работал официантом,
Пока один профессор не поделился грантом.

И теперь я в ЦЕРНе кладезь нужных знаний,
В плане освоения финансовых вливаний.
Кто-то на заводе в кровь стирает руки,
Я же присосался к вымени науки.

Проснулся с будильником, зубы почистил,
Завтрак закинул в свои потроха,
Вышел на улицу, прыгнул в машину,
Влупил по газам — на работу пора.

Сижу за баранкой, слежу за дорогой,
Но кто-то с обочины машет рукой.
К нему подъезжаю, и он, улыбнувшись,
Спокойно знакомиться начал со мной.

«Я Стэплтон из Меррипит‑Хаус.
Какими судьбами Вы в наши края?
Слух о недюжинных ваших талантах
Дошёл и до нас» — удивил он меня.

Едва ли нуждаюсь в таких вот знакомствах,
Я поднял стекло и опять по газам,
Прибыл на работу в расстроенных чувствах,
И начал трудиться, спасибо мозгам.

Время обеда, я встал, потянулся,
В уборную надо зайти по нужде,
В первой кабинке опять его встретил
Он с удочкой ловит рыбу в бачке.

Попятился я от такого видения,
Попутно едва не сходив под себя,
А этот субъект на меня обернулся
И проговорил смотря мне в глаза.

«Я Стэплтон из Меррипит‑Хаус.
Приехал из Йоркшира вместе с сестрой,
Мы натуралисты и с нею на пару
Излазили здесь закоулок любой».

Не день, а какое-то наваждение,
Люди от меньшего сходят с ума.
Вечером снова вернуться в квартиру
Радостью было большой для меня.

Плотно поужинал мясом с картошкой,
Но только похоже мне не суждено
В спальню сегодня попасть —
Из под двери снова слышу я голос его:

«Я Стэплтон из Меррипит‑Хаус.
Сэр Чарльз и Мортимер — наши друзья,
Ну и конечно же в этом доме
Кофе всегда варю только я».

Русалка долго не страдала,
Не вынеся любви обид,
Верёвку с мылом раздобыла
И учинила суицид.

Потом висела средь ветвей
На дубе том что в Лукоморье
И кот учёный для друзей
Устроил рыбное застолье.

Под пиво очень был неплох
Тот хвост от вяленой русалки,
Что тридцать три богатыря
Сушили на дубовой палке.

И мясо тоже не пропало —
Яга состряпала котлет,
Пельменей, запекла в духовке,
Ещё из печени паштет.

Неделю ели то и это.
Естественно, и я там был,
И пивом крепким так напился,
Что пир тот чудом не забыл.

Ночь на кладбище, темно, тихо и спокойно,
И в деревне стихли все бытовые войны.
Птиц не слышно, ветра нет, ни одна травинка
Не колышется во мгле, смирная картинка.

Но, могила деда Мишки на краю погоста,
Наше привлекла внимание, люди в шоке просто —
Что за звук из под плиты? Квакает лягушка?
Или хлюпает вода в луже у кадушки?

Я прислушался и понял: что за день сегодня?
Открываю календарь — вот же страсть господня!
Просто в день рождения деда кто-то поминает,
Ну а он, не будь дурак, знай себе икает.

Русский алфавит горд и велик
Поднялся на бой наш русский язык!
Пошли со мною «Эу», идём бить лжецов!
Проклятых реформаторов, письменных врагов!
Идём мы шагая чрез родные места,
Кожаные переплёты, строки и поля.

Вперёд! Вновь в алфавит, консерваторов союз,
Возвращается к истокам велика Русь!
Мы не позволим язык загубить!
Мы не позволим в нём разбой разводить!
Ведь «И» десятерично, и другой не может быть,
Её Фадей Булгарин смог сохранить.

Ферт вместо Фиты — это враньё!
Клевещит им Луначарскиий, ведь власть у него.
Врёт им как дьявол Шахма́тов — бандит!
Его варварский указ русское сердце разит.
Взойдёт над азбукой Ижицы заря!
Отомстим реформатором собрата «Ятя»!

И всей этой реформе мы отомстим!
Предал на «Ер» и «Ерь» вместе с ним.
Мы до последнего букваря дойдём
И будет в России консерватизма подъём.
От буквы «Э» и дальше вперёд,
Российский дореформенный язык наш взойдёт!